КОРКУШКО О.В. - до 85-річчя з дня народження (статті - п'ята частина)

Лишневская В.Ю. Тромбоцитарно-эндотелиальные взаимодействия у больных ИБС пожилого возраста / В.Ю. Лишневская, О.В. Коркушко: VI Европейский конгресс по клинической геронтологии (Москва, 18-21 июня 2002 г.) // Клин. геронтология. – 2002. – № 5. – С. 111.

Целью настоящего исследования было изучение функционального состояния эндотелия и тромбоцитов у больных ИБС 60-74 лет по сравнению со здоровыми людьми разного возраста.

Материал и методы. Обследовано 30 больных ИБС 60-74 лет с диагнозом ИБС: стабильная стенокардия II функционального класса. В качестве групп сравнения были обследованы здоровые люди 60-74 и 20-29 лет. Функциональное состояние эндотелия изучалось методом лазерной допплеровской флоуметрии на аппарате «Transonik» (США) с применением пробы с реактивной гиперемией. Уровень эндотелина и адгезивных молекул VCAM изучался иммуноферментным методом при помощи набора реактивов Endotelin-1 ELISA system производства фирмы AMERSHAM PHARMACIA BIOTECH (Англия). Уровень NО2 – с помощью реактива Грисса. Активность фактора Виллебранда изучалась расчетным методом на анализаторе агрегации тромбоцитов 230LA (Биола, Москва). Агрегационная и адгезивная активность тромбоцитов была изучена турбудиметрическим методом на анализаторе 230LA (Биола. Россия). Оценивались уровень спонтанной и индуцированной агрегации тромбоцитов. Индукторы: АДФ (5x10-6 моль/л), адреналин (1x10-6 моль/л), коллаген (0,1 мг/мл).

Результаты: исследования свидетельствуют о том, что у больных ИБС старших возрастов нарушено функциональное состояние эндотелия. Об этом свидетельствуют результаты функционального теста с реактивной гиперемией, а также данные о снижении уровня NО2 при одновременном повышении уровня эндотелина 1 в плазме крови больных ИБС 60-74 лет. Также в этой группе выявлено увеличение по сравнению с молодыми людьми уровня ф-ра Виллебранда и VCAM. В условиях повышенной агрегационной и адгезивной активности тромбоцитов эти данные позволяют говорить о наличии риска развития сосудистой патологии и внутрисосудистого тромбообразования у пожилых больных ИБС.

Выводы: Нарушение функционального состояния эндотелия и тромбоцитов свидетельствуют о высоком риске развития сосудистой патологии у больных ИБС пожилого возраста.

Коркушко О.В. Изменение водного обмена у людей в различные возрастные периоды / О.В. Коркушко // Щорічні терапевтичні читання: нові технології та міждисциплінарні питання у загально терапевтичній практиці: Мат. наук.-практ. конф. (Харків, 14-15 квітня 2011 року). – Х., 2011. – С. 118 – 122.

Для понимания механизмов многих биохимических и физиологических процессов, развивающихся при старении, существенное значение имеют данные о характере распределения воды между клеткой и окружающей ее средой. Составляя доминирующую часть организма, вода занимает центральное место в процессе клеточного обмена веществ.

Поэтому не случайны утверждения ряда авторов, что процессы старения связаны с возрастной дегидратацией биоколлоидов тканей организма. Все это в конечном итоге и предопределяет исключительный интерес изучения водного обмена в связи с возрастом.

Целью настоящей работы было изучение возрастных особенностей содержания воды в организме человека в различные возрастные периоды. Обследованы 80 человек в возрасте от 50 до 100 лет. Это были практически здоровые люди, которые, исходя из разработанных в Институте геронтологии возрастных нормативов, соответствовали физиологически стареющим. Контрольная группа состояла из 20 здоровых людей в возрасте 20-30 лет.

Общее содержание воды определялось антипириновым методом, предложенным Soberman et al.; внеклеточная жидкость – по разведению тиосульфата натрия (упрошенная методика Frank, Carr); внутриклеточная жидкость – по разнице общего и внеклеточного содержания воды (Berger el al.). Состояние гидрофильности тканей изучалось на основании впутрикожной водной пробы (Me Clur et Aldrich). Наряду с этим мы изучали количество «активной клеточной массы тела». Следует подчеркнуть, что и до настоящего времени отсутствуют доступные методы дня непосредственного определения этого показателя в условиях клиники. Так как внутриклеточная жидкость наиболее близко соответствует «активной клеточной массе тела», то нами был использован математический расчет этого показателя по формуле, предложенной Moore et al. (1963):

клеточная масса тела = внутриклеточная жидкость в л

0,79

Определялся также показатель обмена воды в организме по формуле (Tulczynski, 1965):

показатель обмена воды = (общее содержание воды)/(внутриклеточная вода)

Результаты проведенных исследований показали, что с возрастом закономерно снижается общее содержание жидкости (табл. 1), причем эти сдвиги при статистической обработке оказались достоверными, начиная с 60-летнего возраста. Параллельно этим изменениям выявлено уменьшение внутриклеточной жидкости. Сокращение внутриклеточной воды оказалось наиболее выраженным в группе людей 80-89 лет и равнялось (25,8 ± 1,50) % к массе тела, тогда как у молодых этот показатель составил (38,9±1,52)% (р<0,001). В то же время в содержании внеклеточной жидкости при рассмотрении ее в абсолютных величинах существенных изменений выявлено не было. Вместе с тем, при расчете отдельных жидкостных пространств по отношению к общему содержанию воды, наряду с уменьшением внутриклеточной жидкости, отмечено достоверное нарастание доли внеклеточной жидкости, начиная с 60-летнего возраста, причем наибольшее увеличение выявлено у людей 9-го десятилетия.

Результаты наших исследований показывают, что уменьшение общего содержания воды происходит за счет снижения внутриклеточной жидкости и связано, в основном, с сокращением активно функционирующей (активно метаболизирующей) клеточной массы тела (табл. 2).

Уменьшение «активно функционирующей» клеточной массы имеет не только теоретическое значение для понимания механизмов изменения обмена веществ при старении, но, несомненно, имеет отношение к разработке возрастной фармакологии Исходя из результатов исследований об уменьшении с возрастом количества «активно функционирующей клеточной массы» тела следует полагать, что доза вводимых фармакологических средств людям старших возрастов должна быть заведомо уменьшена. Более того, количественное определение «активно функционирующей» клеточной массы тела в возрастном аспекте до определенной степени дает возможность по-новому рассматривать возрастное изменение многих функций организма, исходя при этом из расчета уровня активности функций на единицу «активно функционирующей» клеточной массы, что может помочь в раскрытии новых важных закономерностей стареющего организма.

Таблица 1

Показатели возрастных изменений водных пространств

Возраст в годах

Статистические показатели

Объём жидкости

ОСВ

ВНВ

ВКВ

В

литрах

В % к

весу

тела

В литрах на 1

м2

поверхности

тела

В

литрах

В %

к

весу

тела

В литрах на 1

м2

поверхности

тела

В % к

ОСВ

В

литрах

В % к

весу

тела

В литрах на 1

м2

поверхности

тела

В % к

ОСВ

20-30 лет

м

39,3

56,8

21,7

12,0

17,7

6,8

31,7

27,0

38,9

14,9

68,3

±m

2,15

1,66

0,81

0,42

0,54

0,18

1,05

1,85

1,52

0,70

1,05

50-59 лет

М

34,8

50,0

19,9

11,9

17,2

6,8

34,4

22,8

32,9

13,1

65,6

±m

1,42

1,25

0,53

0,57

0,51

0,18

1,06

1,13

0,98

0,47

1,06

Р

=0,1

>0,05

>0,05

=0,9

=0,4

=0,9

=0,1

0,1

0,01

0,05

=0,1

60-69 лет

М

32,4

45,5

18,2

11,7

16,6

6,6

36,5

20,7

29,0

11,6

63,3

±m

1,49

1,49

0,47

0,58

0,67

0,27

1,81

1,34

1,43

0,56

1,73

Р

<0.05

<0,05

<0,05

=0,7

=0,2

=0,4

<0,05

0,05

0,01

0,01

0,05

70-79 лет

М

33,4

44,5

18,4

13,0

17,2

7,1

38,9

20,4

27,3

11,2

61,0

±m

0,81

0,92

0,35

0,43

0,52

0,22

1,06

0,64

0,85

0,34

1,06

Р

<0,05

<0,01

0,001

=0,1

=0,4

=0,3

<0,001

0,01

0,001

0,001

0,001

80-89 лет

М

28,9

44,9

17,0

12,3

19,1

7,2

42,9

16,5

25,8

9,8

57,2

±m

1,50

1,67

0,67

0,74

0,72

0,33

1,62

1,04

1,50

0,55

1,59

Р

<0,01

<0,001

<0,001

=0,7

=0,2

=0,3

<0,01

0,001

0,001

0,001

0,001

90 лет и

М

31,0

47,7

18,0

12,4

19,5

7,4

40,9

18,5

28,1

10,7

59,0

старше

±m

2,44

1,68

0,80

0,59

1,18

0,48

2,36

2,21

1,71

0,88

2,36

Р

<0,05

=0,01

=0,001

=0,6

=0,2

=0,3

0,01

0,05

=0,001

0,01

0,01

Примечания:

ОСВ – общее содержание воды; ВНВ – внеклеточная вода; ВКВ – внутриклеточная вода.

Достоверность различий показателей (Р<0,05) рассчитывалась в сравнении с контрольной группой людей в возрасте 20-30 лет.

Таблица 2

Показатели обмена воды, общей и «активно функционирующей массы» тела людей различных возрастов

Возрастные группы (в годах)

Обмен воды (ОСВ/ВНВ)

Общая масса тела

(в кг)

Количество «активно функционирующей массы» тела (в кг)

М

±m

Р

M

±m

Р

M

±m

Р

20-30

3,2

0,10

53,0

2,96

38,6

2,57

50-59

2,9

0,09

<0,01

47,6

1,95

=0,05

32,8

1,49

<0,05

60-69

2,7

0,12

<0,05

44,2

2,05

<0,05

29,6

1,71

<0,01

70-79

2,5

0,06

<0,001

45,6

1,11

<0,05

29,1

0,91

-0,001

80-89

2,3

0,10

<0,001

39,6

2,01

<0,001

23,6

1,48

<0,001

90

2,4

0,13

<0,001

42,3

3,44

<0,01

26,4

2,17

<0,001

Примечание: Достоверность различий показателей (р) рассчитывалась в сравнении с контрольной группой молодых людей.

Дегидратация организма при старении зависит не только от количества «активно метаболизирующей» протоплазматической массы тела, но связана с возрастными изменениями белковых молекул клеток, ведущими к снижению их гидрофильности и, тем самым, к уменьшению количества связанной воды. Более того, в исследованиях, проведенных нами ранее (Д. Ф. Чеботарев, О. В. Коркушко, 1965; О. В. Коркушко, Д. Ф. Чеботарев, Е. Г. Калиновская 1993), было отмечено уменьшение мелкодисперсных белков сыворотки крови у людей старших возрастов. При этом следует подчеркнуть, что с возрастом нарушается синтез белков, в них возникают коиформационные изменения. Все эти моменты в конечном итоге и обусловливают то, что с возрастом уменьшается способность белков связывать воду. Это положение подтверждается нашими данными об удлинении времени рассасывания внутрикожного водного волдыря по Мак Клюру и Олдричу. Указанный показатель в минутах у людей старших возрастов (50-59, 60-69, 70-79, 80-89, 90 лет и старше), соответственно, составил (122,0±5,6); (126,2±7,2); (135,0±6,6); (115,8±9,7); (104,0±8,3) против (82,0±5) мин у молодых. Этот факт лишний раз свидетельствует о возрастном снижении гидрофильности ткани, хотя механизм рассасывания внутрикожного водного волдыря зависит также и от ряда других причин.

На содержание внутриклеточной жидкости оказывает влияние концентрация в ней калия. Поэтому вполне логично допустить, что определенную роль в возрастном уменьшении жидкости играет также отмеченное нами (О. В. Коркушко, Д. Ф. Чеботарев, Е. Г. Калиновская 1993) снижение с возрастом внутриклеточной концентрации калия.

И, наконец, при объяснении возрастной дегидратации нельзя не учитывать известной роли в этом увеличении при старении количества жировой ткани, как это было показано в нашей работе (О. В. Коркушко, Д. Ф. Чеботарев, Е. Г. Калиновская, 1993). Так как содержание воды в организме обратно пропорционально количеству жировой ткани, то сделанное нами предположение вполне оправдано.

Экспериментальными исследованиями на животных установлено, что содержание воды в тканях и распределение ее между внутри- и внеклеточными фракциями зависит также от активности процессов окисления (В. В. Фролькис, 1969, 1996). При этом показано, что снижение окислительных процессов в клетке приводит к уменьшению внутриклеточной жидкости (В. В. Фролькис, Л. Н. Богацкая, 1967, 1970). Так как с возрастом снижается интенсивность окислительно-восстановительных процессов в тканях, то следует полагать, что этот фактор оказывает влияние на уменьшение количества внутриклеточной воды. С другой стороны, как показали исследования, выполненные совместно с Л. Л. Ивановым и Е. Г. Калиновской, обезвоживание, возникающее у пожилых и старых людей при пробе с сухоедением по Фольгардту, ведет к снижению интенсивности тканевого дыхания в подкожной клетчатке (методика полярографии).

Анализ полученных результатов свидетельствует о том, что, несмотря на развитие целого ряда компенсаторных механизмов в ответ на происходящие изменения в водном обмене, коэффициент обмениваемости между вне- и внутриклеточной водой снижается, что существенно влияет на течение обменных процессов и определяет снижение в ткани интенсивности окислительно-восстановительных реакций.

Таким образом, в процессе старения наблюдаются изменения водного обмена, выражающиеся в развитии дегидратации, что связано как с морфологическими изменениями в тканях (уменьшением активно функционирующей протоплазматической массы тела), так и с обменными сдвигами в самой клетке, с изменениями в системе, принимающей участие и регуляции водного обмена. Все это в конечном итоге приводит в тому, что старый организм становится более чувствительным к нарушениям водного обмена. Эту особенность следует всегда учитывать в практической деятельности врача.

Коркушко О.В. Особенности интенсивности окислительных процессов у людей различных возрастных групп и долгожителей, исходя из показателей вакат-кислорода крови и мочи / О.В. Коркушко // Щорічні терапевтичні читання: нові технології та міждисциплінарні питання у загально терапевтичній практиці: Мат. наук.-практ. конф. (Харків, 14-15 квітня 2011 року). – Х., 2011. – С. 123 – 126.

Вопрос о факторах долгожительства, о результатах изучения долголетия людей, выяснение медико-биологических, социальных и экономических аспектов долгожительства является одним из важных аспектов геронтологии. По мнению Д.Ф. Чеботарева (1973), долголетие является результатом и проявлением физиологического старения. Долгожитель – своего рода естественная биологическая модель физиологической старости, изучение которой имеет большое теоретическое и практическое значение. Поэтому изучение функционального состояния различных органов и систем, обменных процессов и нейрогуморальной регуляции в различные возрастные периоды, особенно у долгожителей, которые наиболее полно соответствуют представлениям о естественном физиологическом старении человека, позволит установить общие закономерности процесса старения, развития ускоренного старения, определить его профилактику и лечение

Это положение было достаточно четко обосновано данными обследования долгожителей Абхазии, организованного Институтом клинической физиологии Академии Наук УССР под руководством академика A.A. Богомольца в 1936-1937 гг. и широко освещенного на конференции «Старость», состоявшейся в 1938 г. в Киеве при активном участии Н.Д. Стражеско. В дальнейшем вопрос о долгожительстве и значимости медико-биологических, социальных, образа жизни, экономических факторов в достижении долголетия получил свое дальнейшее развитие в Институте геронтологии АМН СССР под руководством академика Д.Ф. Чеботарева, о чем свидетельствуют многочисленные публикации и проведенные конференции Более того, в 80-х годах Институтом геронтологии АМН СССР была проведена экспедиция в Абхазию с участием группы грузинских ученых, которую возглавлял С.М. Далакишвили. Полученные данные дали основание считать возможным достижение активного долголетия как результата физиологического старения. Более того, проведенные исследования позволяют отрицать все еще существующее положение о старости как болезни.

Для физиологической старости характерно отсутствие значительных нарушений со стороны органов и систем, обменных процессов, менее выражена гетерохронность этих изменений, на достаточном уровне сохраняются адаптационно-приспособительные механизмы. При сравнительном изучении процесса старения у здоровых людей старше 50 лет и долгожителей можно отметить определенную закономерность изменения органов и систем организма, обменных процессов. Наиболее значимые изменения со стороны сердечно-сосудистой системы и системы гемостаза отмечаются уже в шестом десятилетии. В этот период наиболее интенсивно также нарастают сдвиги со стороны обменных процессов, изменяется нейрогуморальная регуляция. В этой связи Д.Ф. Чеботарев (1973) указывает на необходимость уделять большое внимание возрастному периоду 50-70 лет. Так как именно этот возрастной период во многом определяет, по какому пути будет развиваться процесс старения по физиологическому либо ускоренному (патологическому) типу. Учитывая важную роль, которую играет гипоксия при старении и в формировании ускоренного старения, особый интерес представляет изучение особенностей кислородного обеспечения тканей и интенсивности его тканевого потребления у долгожителей.

В этой связи представляет интерес изучение качественной характеристики окислительных процессов в старости. Одним из методов, дающим возможность получить общее представление о качественном суммарном итоге этих процессов в целостном организме, и является метод определения вакат-кислорода.

В настоящей работе представлены данные определения уровня недоокисленных продуктов в крови и моче у 39 практически здоровых людей в возрасте старше 90 лет. Полученные данные сравнивали с результатами обследования 52 практически здоровых людей в возрасте 50-89 лет и 16 человек в возрасте 20-29 лет.

Определялся вакат-кислорода крови, суточной мочи и коэффициент недоокисления. Полученные данные представлены в таблице.

Таблица. Вакат-кислород крови и мочи у людей различного возраста

Возраст,

лет

Вакат-кислорода суточной мочи, г

Вакат-кислорода крови, мг%

Коэффициент недоокисления

20-29

9,82 ± 0,52

197 ±6,8

0,92 ± 0,02

50-59

12,82 ±0,70

264 ± 9,9

1,09 ±0,11

60-69

13,14 ±0,20

250 ± 15,1

1,16 ±0,01

70-79

9,64 ± 0,46

272 ± 22,7

1,20 ± 0,04

80-89

9,87 ± 0,40

270 ±7,7

1,21 ±0,04

>90

8,36 ±0,18

195 ±8,1

1,34 ±0,01

Как видно из представленных данных, у долгожителей количество недоокисленных продуктов в суточной моче составило (8,36 ±0,18) г и было существенно ниже, чем у людей в возрасте 50-69 лет. На основании оценки только этого показателя можно было бы допустить, что па определенном этапе старения происходит «нормализация» тканевого окисления, что и ведет к уменьшению недоокисленных продуктов в организме. Однако анализ коэффициента недоокисления показывает, что такое предположение было бы не обоснованным. Коэффициент недоокисления, предложенный Мюллером для характеристики степени совершенства окислительных процессов, представляет отношении общего количества недоокисленных продуктов в моче к безбелковому азоту мочи, то есть количество продуктов недоокисления, приходящееся на 1 г безбелкового азота мочи. Как видно из таблицы, коэффициент недоокисления увеличивается по мере старения, достигая наибольшего значения (1,34±0,01) у долгожителей. Рост коэффициента недоокисления свидетельствует о том, что хотя образование недоокисленных продуктов у долгожителей уменьшено, степень совершенства окислительных процессов у них снижена по сравнению не только с людьми молодого возраста, но и людьми в возрасте 50-89 лет. Следовательно, за одной и той же величиной продуктов недоокисления в молодом возрасте, с одной стороны, пожилом, старческом возрасте и у долгожителей, с другой, стоят процессы различной качественной характеристики. Низкие цифры вакат-кислорода мочи у долгожителей, как и у людей пожилого и старческого возраста, могут быть обусловлены более выраженным общим ослаблением интенсивности метаболизма, чем у людей в возрасте 50-69 лет. Анализ этих двух показателей подтверждает положение о том, что снижение интенсивности энергетическою обмена при старении не есть простое уменьшение, а что оно сопровождается рядом существенных качественных изменений в тканевом окислении.

Концентрация недоокисленных продуктов в 1 мл мочи с возрастом увеличивается, причем это увеличение нарастает с уменьшением суточного диуреза. Если в возрасте 50-69 лет увеличение концентрации недоокисленных продуктов в 1 мл мочи можно рассматривать как следствие увеличенного их поступления в кровь, то в возрасте старше 80 лет оно является, очевидно, компенсаторной реакцией почек на олигурию, имеющую место в этом возрасте. Однако компенсаторная реакция оказывается, по-видимому, недостаточной, так как концентрация недоокисленных продуктов в крови с возрастом повышается, достигая наибольшей величины в возрасте старше 90 лет. Таким образом, полученные данные свидетельствуют о том, что у долгожителей снижается не только интенсивность окислительных процессов, но и их совершенство, о чем свидетельствует повышение коэффициента недоокисления (табл.).

Рассматривая возможные механизмы снижения интенсивности окислительных процессов при старении, следует выделить возрастное нарушение тканевого кислородного обмена – развитие циркуляторной и тканевой гипоксии. Этот факт находит подтверждение при изучении напряжения кислорода (РО2) в тканях по методике, разработанной нами (1966). В качестве показателя кислородного тканевого обмена нами проводилось определение РО2 в подкожной клетчатке предплечья полярографическим методом при пробах с 10-ти минутной ингаляцией кислорода (с синхронной регистрацией оксигемограммы) и пережатием сосудов конечности в течение 10 минут. Такой подход дал возможность изучить доставку кислорода и потребление кислорода в подкожной клетчатке. Результаты исследований показали, что, начиная с шестого десятилетия, у здоровых людей обнаруживается достоверное нарушение (снижение) как доставки, так и потребления тканями кислорода – формируется циркуляторная и тканевая гипоксия. Снижение интенсивности потребления кислорода в подкожной клетчатке, снижение окислительных процессов отражают развитие тканевой гипоксии, которая связана со снижением активности ферментов, принимающих участие в кислородном обмене. Обнаруженные у долгожителей изменения со стороны тканевого кислородного обмена и окислительных процессов в основном соответствуют таковым у людей в возрасте 60-89 лет. Это дает основание утверждать о физиологическом процессе старения долголетних людей.